Министр подергал себя за свисающие кончики усов.

– Это проблема, господа. – Он посмотрел на Куртиса. – Мне кажется, что нужно сдаться. Правда газеты тут же обрушатся на нас, если обнаружат, что мы отпустили под залог человека, обвиняемого в убийстве.

За этими словами последовало молчание. Менделл оставался очень спокойным. Ему хотелось знать, что все это означает. По его мнению, здесь находилось слишком много людей, и притом довольно значительных. Он внезапно почувствовал себя совсем маленьким и невзрачным, будто выступал с боксером не своего веса. Потом он что-то вспомнил и засмеялся.

– Что вас рассмешило? – спросил инспектор Карлтон.

– Вы считаете меня ненормальным, да? Но если бы у меня были те бумаги, которые отобрал лейтенант Рой при моем аресте, я смог бы доказать вам то, во что пока никто из вас не в состоянии поверить.

– Что же это?

– Доказательство того, что я в полном рассудке, – ответил Менделл. – Прежде чем выпустить меня из больницы, мне выдали документ, который удостоверяет это.

Глава 5

Куртис вышел первым и проводил Барни к серому "форду". Они сели в автомобиль, и Куртис нажал на стартер. В это раннее утро город казался молчаливым и серым. Машин на улицах было мало и большинство из них – фургоны, подбирающие мусор, сваленный вдоль тротуаров, и содержимое зеленых ящиков с надписью "Помогите чистоте города".

– Кто заплатил за то, чтобы меня выпустили? Мистер Эбблинг? – спросил Менделл.

– Нет.

Менделл теребил узел своего галстука. Он был рад, что Розмари привезла ему чистое белье и костюм. Вне сомнений, Галь уже приехала и ждет его в отеле. Менделл надеялся, что разговор с Куртисом продлится не слишком долго. Куртис поехал на север, по направлению Медисон-стрит, потом свернул назад к реке. Наступившее молчание угнетало Менделла, и он попытался завязать разговор.

– Очень любезно с вашей стороны вызволить меня оттуда.